Выдающийся пожарный России, Герой Чернобыля, Герой Российской Федерации
генерал-майор внутренней службы Владимир Михайлович Максимчук

 

Сражения с болезнью. Первые и последние. Конец пути…

X. Первые и последние.
Мир праху и низкий поклон
лучшим сынам века сего!

Ради нас скорби переносящие не очень–то нами почитаются. Даже если никогда не открывать Святого Писания, не посещать Храма Господнего, не слышать или не слушать голоса души своей – даже тогда не можем не знать, не верить, не понимать…

Уши не закрыты. Глаза не завязаны. Опыт Человеческий – бездонная копилка.

Разум... Разум? Собственный разум должен споткнуться непременно об собственную скорбь; чужие скорби – чужая беда. Однако, чужая скорбь не дает места моей скорби, чужая беда отводит мою беду, чужая жертва искупает мою вину и боль. Так что же, можно переложить свои беды на чужие плечи, свои скорби избыть за счет чужой вины, свою боль уменьшить за счет чужой боли? Освободиться от скорбей – вот так?

НЕТ!

Я утверждаю: нет! Не существует чужого горя, изолированного от моего счастья, даже если где–то затаилось счастье, равнодушное к моему горю…

* * *

Во дни и часы скорбей моих ограждаю себя от разрушения внутреннего "необоримою стеною" всесильной помощи моих любимых пророков, великомучеников, чудотворцев, святых отцов. Все уже было, было неоднократно и с ними, и не с ними, и если – не со мной, так почти – со мной! Не существует чужого горя, изолированного от моего горя.

* * *

...Пророк в нашем Отечестве – совсем не то же самое, что в каком–либо другом; Россия, боль моя, Украина... тоска моя, Белоруссия... печаль моей души... И вот – Чернобыль – печаль моей печали…

* * *

«Делая добро, да не унываем, ибо в свое время пожнем, если не ослабеем», а если ослабеем, пожнут другие. Но "жатвы много, а делателей мало", "много званых, но мало избранных". Мы – гости в этом мире, нас – позвали, но изберут ли нас? Мы, гости в этом мире, довели его от распятия Христова до распятия Чернобылем. Мы, гости в этом мире, множим свои скорби грехами своими. Мы, гости в этом мире, "чада гнева" "должники плоти", ждем не пророка, но Спасителя, ибо пророки уже сказали все... Все? Господь многотерпелив. Не Спасителя, но спасателя никогда он не призывает к себе из этого мира, пока сын Его долга не исполнил и чашу не испил...

* * *

Предупреждений и аналогов Чернобыльской трагедии было с избытком – задолго до времени ее извержения. Не миновала нас чаша сия. Спасатели рода человеческого испили ее. 26 апреля 1986 года первые спасатели обрубили головы огнедышащему дракону смерти, жизни свои положив. Но остались еще драконовы лапы, туловище, хвост, и огонь, в них затаенный. Вырвался черный огонь на волю в ночь с 22 на 23 мая 1986 года, даже не вырвался, а выполз из туловища умирающего чудовища в поисках жертв, обреченных погибнуть вместе с ним. Спасатели, которые уже знали о своих братьях, погибших и погибающих от лучевой болезни в госпиталях после апрельского пожара, имели страх человеческий и приоритетное право решать: кого спасать?

Самих себя? Станцию? Киев?
Страну и всю Европу в придачу – в придачу к себе?
А если бы спасали только себя – кто осудил бы?

Освобожденный огонь добежал бы до третьего энергоблока и ненасытный дракон смерти моментально бы ожил: тут же выросли бы новые головы, извергая расплавленную лаву злобы и мести всему живому. Вторая катастрофа была неизбежна, и последствия ее были бы гораздо тяжелее первой!

* * *

ПОСЛЕДНИМИ остались пожарные майской ночью перед ответом на вызов огненного дракона смерти, последними из всех других, отвративших лицо свое от физической опасности, от ответственности за жизни человеческие. Но ПЕРВЫМИ будут они пред вратами тесными. Иные "поищут войти, и не возмогут", и уже нельзя будет воротиться назад, подставить свое плечо, протянуть руку погибающему брату, поднести к его пересохшему рту хотя бы каплю воды, омыть его раны, отдать ему последнее "прости", наконец, сказать последнее слово его семье...

* * *

Чернобыльские герои.
Чернобыльские пожарные.
Чернобыльские спасатели.
Стойкие защитники моего Отечества.

Нерушимая крепость и последний рубеж алчному злу, обрушившемуся на человечество.
Богатыри великой битвы, спасавшие и спасшие всю планету.
Запомнившиеся и забытые.
Награжденные и пропущенные в списках.
Состоявшиеся в последующей жизни или отрезанные от нее.
Выздоровевшие, болеющие и уже распростившиеся с жизнью.

Они – герои сражения с ядерной стихией 1986 года, герои Чернобыльского сражения, победители в Чернобыльском единоборстве. Каждый из них – неоценимая и бесценная личность, перечеркнувшая цену своей собственной жизни перед высокой ценой жизни человечества. Как утверждают философы, личность суть дух человека, то самое, что Бог задумал о ней в вечности; утверждают они также, что человеческая личность для Бога далеко не то же самое, что человеческая личность для общества. Но порой рождаются такие личности и выпадают такие чрезвычайные обстоятельства, когда совпадение земного и Божественного достигает максимальной величины. И оказалось, Чернобыль – тот самый случай, когда люди жертвовали собой безоглядно и бескорыстно, оставаясь верными своему профессиональному и человеческому долгу до конца. Они совершили подвиг высшей святости…

Слава и память им вовек!

Для меня все они – родные и близкие люди, мои братья. Не устаю молиться за них, какой бы национальности они ни были, какую веру бы ни исповедовали, в каких бы краях ни жили, на каких бы кладбищах ни покоились бы. Память моей души никогда не забудет их, погибших прежде времени. Нет ни одной смерти, которая была бы случайной. За спиной каждого из бойцов, погибших при тушении пожара или получившего на пожаре тяжелейшие, несовместимые с жизнью ожоги и травмы, всегда стоят конкретные люди и обстоятельства. Это – и непосредственно вышестоящий командир, и писанные–неписанные правила и нормы, и стратегическое руководство, и особенности расположения и планировки горящего объекта, и прочие общие просчеты и частные интересы, которые сошлись в центр, ставшим центром трагедии. Чернобыльский эпицентр притянул к себе все возможные составляющие вселенской катастрофы.

Сколько тут будет горя и смерти – одному Богу известно.

То горе, что там было – еще не все горе.
То горе, что касается пострадавших – еще не все горе.
То горе, что разнеслось по свету – еще не все горе…

* * *

...Отчетливо представляю себе Владимира Михайловича в самый ответственный момент его жизни: его состояние, его переживания, ход мысли. 22–23 мая 1986 года. Чернобыльская АЭС. Ночной пожар исподтишка. Именно в это время, именно в этом месте, именно эта ситуация. Максимчук Владимир Михайлович... Сначала он, за ним – все остальные – более трехсот человек, а за ними – уже никого. Все взял на себя, держа ответ только перед совестью своей. Знал, что ему поверят, последуют его личному примеру, преодолеют собственный страх и неуверенность, преодолеют жуткую память о первых спасателях, прошедших через тяжкое испытание 26 апреля. Что будет потом – не так важно, важно – выполнить свой долг теперь! Знал, что другого выхода нет. Знал, что от грамотного решения зависят жизни присутствующих здесь спасателей и всех остальных людей, спасающихся и спасенных с их помощью.

Знал – и не отказался от такого знания.
Знал – и отдал все, что имел.
Знал – и никогда не пожалел об этом!

Случись этот пожар днем–другим позже, руководил бы тушением кто–нибудь другой, командировка в Чернобыле у Владимира Михайловича уже закончилась бы. А там – кто знает?
Но нет! Не миновала его чаша сия. Не миновала его горькая чаша ЧЕРНОЙ ПОЛЫНИ, не передал ее никому другому...
И еще раз нет! Не миновала его и другая чаша – ядовитая чаша КРАСНОЙ ПОЛЫНИ, красной отравы–Ионавы марта 1989 года; не миновала, но караулила, призывала испить до краев...
И третий раз нет! Не миновала его и третья чаша – смертельная чаша БЕЛОЙ ПОЛЫНИ, перелившаяся через край в сердце белокаменной Москвы при попустительстве и соучастии власть предержащих, черного зла и человеческой ненависти октября 1993 года. Не миновала его эта чаша, не караулила, но допустил ее до себя сам...

* * *

Мир праху и низкий поклон сынам века сего, лучшим из племени огнеборцев, противостоящих воинствующему злу стихии, разрушительному злу умов человеческих и победившим многоликое зло ценою, заплатив которую, они навсегда останутся ПЕРВЫМИ!!!

По материалам романа Людмилы Максимчук «Наш генерал»