Выдающийся пожарный России, Герой Чернобыля, Герой Российской Федерации
генерал-майор внутренней службы Владимир Михайлович Максимчук

 

Перемена власти. Москва. Столичный гарнизон. (1991г. – 1994г.)

III. Москва. День грядущий. Идеи и проблемы (1992г.)

В июне 1992 года Владимир Михайлович возглавил Управление пожарной охраны столицы, которое и стало его последним местом службы. Для Москвы это была определенная удача: все, что оказалось невозможным в масштабах страны, можно было осуществить в пределах столицы – постараться довести столичный гарнизон до соответствия с мировым уровнем. Для самого же Владимира Михайловича… Самое тяжелое время в стране и – самое тяжелое состояние здоровья при этом.

Москва требовала перемен в отношении к пожарной охране, сформированном в предшествующий период, увы. Прежние руководители имели иные убеждения, привыкли скрывать недостатки, а до градоначальников доводили лишь «приглаженные» сведения по части пожарной безопасности. Однако, не вскрывая причин, невозможно преодолеть последствия… Решиться на такое может далеко не каждый. Да, все стоит больших усилий, а, кроме того, больших денег. Кто их даст, чтобы не только составлять программы, но и реализовать их? Сколько – вообще – стоит пожарная охрана? Кто и как оценивает труд людей, стоящих на страже мирной жизни? А что обо всем этом знают обычные жители столицы, если и градоначальники все еще не "открыли" для себя «архипелаг пожарной охраны», существующий для них, скорее, в сводках, чем в реальных действиях? Объективное положение дел – вот что нужно знать всем заинтересованным сторонам. С чего начинать? Владимир Михайлович, не теряя время, развернул активную работу со средствами массовой информации; первым шагом на новой должности было создание в Управлении пожарной охраны Москвы отдела агитации и пропаганды и связей с общественностью – и прорыв «непроницаемой прежде стены» между пожарными и «внешним миром» получил быстрый отклик.

…Скажу о главном, без чего не мог обойтись "метеорит": о прорыве к высокому руководству столицы. Не очень–то он рассказывая дома о своих далеко идущих планах, связанных с докладом о состоянии дел Лужкову, но как–то высказал мне свои надежды и опасения.

Мне снова стало не по себе:
– Нет, что же выходит?! Опять тебе нужно больше всех, как будто до тебя никого не было на этом месте! А ты… в очередной раз голову подставляешь, зачем тебе все это? Разве у тебя мало неприятностей – и было, и есть? Прошу тебя, будь осторожнее. Побереги себя, одумайся. Да кто тебе поможет, если ошибешься?!
– Если ошибусь – не поможет никто. Ошибаться не имею права, времени очень мало. То, что я могу и умею, должен делать я сам. Есть сторонники, есть и противники. Надеюсь, что ты будешь и в этом деле моим другом и сторонником. Прошу, потерпи. Если все получится...
– А если не получится? Или тебе нечего терять?
– Терять мне нечего. Почти нечего... Зато дело сделаю!
– Да разве мало дел ты переделал? Помнишь, кто–то писал в анонимном письме, что после Чернобыля ты мог бы спокойно досидеться до пенсии и пальцем не шевельнуть, что хватит ТОГО ДЕЛА – ОДНОГО ТОЛЬКО ТОГО ДЕЛА – не считая десятков других?! Может, правда, хватит уже? Если тебе не жалко себя, пожалел бы… хоть меня, например.
– Понимаю тебя. Не хотел бы я быть тобой.
– А собой?
– Да! Собой, только собой… Другим не буду никогда – и ты это знаешь!

...О! Я–то это знала, знали и многие другие. Но, слава Богу, риск был оправдан. Все получилось – на редкость – так, как было задумано, и дело этого стоило. Конечно же, кто бы раньше осмелился докладывать руководству столицы о тех пожароопасных "нарывах", что покрывали пятнами территорию Москвы? Когда Владимир Михайлович довел до сведения мэра, какой некомплект техники имеется на сегодняшний день, и показал, сколько "белых пятен" (вне зоны досягаемости пожарных подразделений), существует на карте столицы, Юрий Михайлович тут же убедился воочию, что гореть столица может хорошо, да еще и как. Нужно срочно принимать меры! Мэр принял все доводы и объяснения, одобрил планы, обещал помогать. Выходит, москвичам просто повезло в том, что Лужков Юрий Михайлович, правильно понял и поддержал новаторские идеи Максимчука Владимира Михайловича. Да, столица должна быть надежно защищена от пожаров и бедствий, тем более, что стали бурно строить новые дома и сооружения, облагораживать дороги и делать новые развязки, реставрировать старинные дворцы и особняки. Тут только глаз да глаз! Работа пошла. Теперь Владимир Михайлович будет трудиться по строгому, напряженному графику, компенсировать «полугодичный застой» – вкладывать себя полностью в город, который так любил.

* * *

Мэр принял все доводы и объяснения, одобрил планы, поддержал новаторские идеи Максимчука. Да, столица должна быть надежно защищена от пожаров и бедствий, тем более, что стали бурно строить новые дома и сооружения. Но при существующей запущенности дел достигнуть исполнения планов нелегко. Если о подробностях: на декабрь 1993 года в Москве действовало 65 депо, что вдвое меньше существующих норм; парк пожарной техники давно устарел; техническая оснащенность подразделений УПО столицы совершенно не соответствовала современным требованиям. Некомплект техники составлял 111 автомобилей, на весь огромный столичный гарнизон – всего один автомобиль, предназначенный для аварийно–спасательных работ, да и тот приобретен городом почти двадцать лет назад! Оснащение новой техникой и средствами защиты – вопрос из вопросов. Как их решать? И так далее. Скопилась также масса других проблем по комплектации техники и снаряжения, так что противоборцы огненной стихии постоянно испытывали неравенство с ней и заменяли плохую свою защиту вечным русским героизмом Проблема номер один у службы с таким же номером: Москве нужны пожарные депо, современные по форме и содержанию.

«Известно, что среднестатистическая московская квартира выгорает полностью за 15 минут, а в лучшем случае время прибытия пожарных к месту вызова будет составлять 18 минут. Радиус эффективного действия пожарной части должен быть не более 2–х километров, или время прибытия не более 8–и минут, а если он больше вдвое или втрое больше… Дело в том, что вопросы градостроительства Москвы в основном традиционно решались без учета интересов пожарной службы, особенно это касается окраин и новостроек: Орехово–Борисово – ближайшее пожарное депо удалено на 10 километров, Крылатское – на 9, Ново–Косино, а также Митино – на 12, Южное и Северное Бутово – более 18. Мне не по себе, потому что целые массивы, то есть маленькие города оказались беззащитными перед огнем! Почему же так получилось? А вот почему. Неправильное отношение к пожарной охране в нашей стране, в том числе и в Москве, складывалось десятилетиями…У нас всегда был и продолжает оставаться остаточный принцип к вопросам безопасности. Это проявляется во всем. Беспечность берет начало у проектировщиков и заканчивается у строителей. Считается, что пожарная часть должна находиться в промышленной зоне, а не там, где живут люди... Отношение к пожарным депо как к третьеразрядным в очередности на сдачу в эксплуатацию в коммунальных зонах, отдаленность пожарных депо от района их действия – беда города! Если посмотреть на Генеральный план застройки любого микрорайона или на Генеральный план реконструкции центральной части Москвы, то мы там не увидим пожарной части, так как ее там просто–напросто нет. Вот откуда берутся "белое пятна" – они запланированы изначально!!!»

Из выступления генерала Максимчука, начальника УПО Москвы, в конце сентября 1992г. в радиопрограмме «Москва и москвичи»

«Я привык в своей жизни белое называть белым, черное называть черным, что и намерен делать впредь, не подлаживаясь к конъюнктуре. Еще до своей последней операции я постарался познакомиться почти со всеми отделами УПО, подразделениями, со многими сотрудниками. Понимаю, что человеческий фактор – главная опора и резерв. …Уважение человека, его личности, оценка его возможностей, создание условий для роста и развития, решение бытовых и жизненных проблем – здесь важно все. Каждый в отдельности и все вместе мы делаем одно дело. …Появилось новое здание – это мы построили, не казенное помещение, а родной дом со своими традициями. Это наш дом!»

Из выступления генерала Максимчука, начальника УПО Москвы, на памятном вечере в УПО на Пречистенке, 22. в конце декабря 1992г.

«Понятно, что дело пожарной охраны – это не дело какого–то одного человека или группы людей, это – дело всех. Касательно Москвы, то… в городе не хватает 45 пожарных депо. А ведь так не должно быть. Пожарная часть, как и вся пожарная охрана города, – часть самого города, его служба. Поэтому руководители всех уровней должны заниматься этими вопросами. Какие–то меры принимаются, но, несмотря на это, положение оставляет желать лучшего».

Из выступления генерала Максимчука, начальника УПО Москвы на совещании в УПО на Пречистенке, 22, 19 января 1993г.

Трудностей – не сосчитать… Были привлечены и использованы все возможности: личный фактор, единомышленники, должностные лица, средства массовой информации и многое другое. Так постепенно включался и начал работу механизм взаимодействия бесчисленных звеньев и структур общества. Начались большие дела, каких Московский гарнизон давно не помнил. Генерал работал активно в нескольких направлениях, взбудоражил и заразил всех своей энергией, энтузиазмом. Люди зашевелились, активизировались. Преобразование самого УПО Москвы на Пречистенке, 22 – нелегкая задача, но ее надо решать, изменять настроения и сознание сотрудников УПО, а уж оттуда потянутся ниточки в подразделения, части, роты.

ГИМН ПОЖАРНО-СПАСАТЕЛЬНОЙ СЛУЖБЫ МОСКВЫ

Из всех про­фес­сий, нуж­ных и гу­ман­ных,
Я вы­брал эту – нет ее важ­ней:
Че­рез свои сра­же­ния и ра­ны
Я ощу­щаю боль чу­жих лю­дей.
Моя Мос­ква, лю­би­мая сто­ли­ца,
Могла бы жить без ка­та­строф и бед.
Но вновь – го­рит, взры­ва­ет­ся, искрит­ся,
И я – в «вер­туш­ке», и воз­вра­та – нет.

 Я – мир­ный воин, но в ме­ня стре­ля­ют,
Пре­о­до­лею все вра­гам наз­ло.
Ме­ня вез­де опас­ность по­джи­да­ет –
Спо­кой­ной жиз­ни вре­мя не приш­ло.
Не по рас­че­ту, не по раз­на­ряд­ке,
По со­ве­сти, по дол­гу сво­е­му –
Се­бя не по­ща­жу в смер­тель­ной схват­ке –
И вы­жи­ву – в огне, в во­де, в ды­му.

 Я так при­вык – и я не от­сту­паю,
Не по­ко­рюсь сти­хии ни­ког­да.
Я долг свой еже­ча­сно ис­пол­няю,
Ког­да при­дет­ся – жизнь свою от­дам.
…Я вспо­ми­наю всех дру­зей по­гиб­ших,
От смер­ти спа­сших ты­ся­чи дру­гих,
Друзья ушли, но ста­ли еще бли­же…
Их по­двиг ве­чен в па­мя­ти жи­вых!

***
Я – в по­жар­но-спа­са­тель­ной служ­бе

Днем и ночью на стра­же стою.
Я – на­деж­ный за­щит­ник сто­ли­цы,
Вер­ный друг – мне под­держ­ка в бою!

                                              17 де­ка­бря 2003г.

По материалам романа Людмилы Максимчук «Наш генерал»