Выдающийся пожарный России, Герой Чернобыля, Герой Российской Федерации
генерал-майор внутренней службы Владимир Михайлович Максимчук

 

Пожары и трагедии в Москве (1993г. – 1994г.)

II. Пожар в 25-этажном жилом доме в Москве,
на проспекте Маршала Жукова, 31, в марте 1993г.

Самый «громкий» случай из воспоминаний о столичных пожарах 1993г. – пожар 29 марта в 25–этажном доме на проспекте Маршала Жукова, дом №31. Загорание произошло в квартире на 22–ом этаже, быстро распространилось дальше – вглубь и ввысь. Электричество вырубилось, лифты встали, внутренние пожарные краны и насосы не работали, противопожарная защита отключилась. Испуганные жильцы выбежали из дома, скопились у подъезда в ожидании пожарных. Первые прибывшие караулы и штаб пожаротушения не теряли ни секунды времени – расставили автонасосы, автоцистерны на гидранты, задействовали службы связи, установили контакт со службами города. Главная трудность – подача воды на 70–метровую высоту. Как добраться до очага загорания?
Не было еще в то время на вооружении у пожарной охраны ни специальной техники, ни Камовского вертолета, ни высотного подъемника. Вылетавшие, одно за другим, звенья 50–метровой автомеханической лестницы упирались в 17–й этаж, а дальше?! Отделения пожарных уходили поочередно в дымящийся бетонный короб здания, оснащенные тяжелым одеянием, противогазами, баллонами с кислородом, рассчитывая силы и дыхание. Чад валил из подъезда. Огонь и черный дым – гораздо выше. Недосягаемо высок 22–й этаж!

Пожарные ощущали свое неравенство в борьбе со стихией. 34 пожарные машины, сосредоточившиеся во дворе, все более краснели от своего бессилия. Не успевшие выскочить на волю люди метались в своих квартирах, не находя выхода. Дети прятались, забиваясь в укромные уголки, что только затрудняло их поиск. Сотни москвичей со стороны улицы с волнением наблюдали за событиями – из–за укрытия – проспект был перекрыт милицией. Десятки жильцов дома обмирали от страха вблизи. А из пекла выплескивались извержения яростного огня, мутно–угарного чада, дымные запахи продуктов сгорания. Горячие брызги расплавленного и растрескавшегося бетона градом сыпались вниз. Время – не в пользу пожарных… Решающий перелом в ходе тушения: преодолеть расстояние до 22–го этажа берется штурмовая группа в составе полковника Зайцева, подполковника Булочникова, капитана Сальникова, прапорщика Сафонова… Они проникают на этаж снаружи дома, используя в качестве исходной позиции 21–й этаж. Рискуя собой, добирались пожарные к огню и людям с помощью "штурмовок", коротких лесенок с крюками на концах, цепляясь за подоконники и перила лоджий, за крошащиеся выступы щитков и стен. Смельчакам удается проникнуть в горевшую квартиру; с земли протягивается рукавная линия – и пожар ликвидировали.
Но какой ценой!

…Пожарные сделали все, что было в их возможностях. Они успели вынести на себе 18 человек, отдав им свои маски. Одиннадцать пожарных получили сильные и сильнейшие ожоги и ушибы, их пришлось госпитализировать. Пятеро жильцов погибло, из них – четверо детей в возрасте до 4–х лет. Полностью выгорело 5 квартир, не полностью – 15. Убытки громадные. На ликвидацию пожара потребовалось шесть часов...

* * *

Все эти трагические часы генерал–майор Максимчук Владимир Михайлович был со своими бойцами, первое время на оперативной связи, вскоре – непосредственно на пожаре. Более двухсот пожарных рисковали собой, кто–то больше, кто–то меньше, но он... Владимира Михайловича этот пожар расстроил здорово. Не прощал он себе ни гибели людей, ни собственного бессилия, ни ошибок, ни случайности, оправдывал только грамотный риск, но тут сделать ничего другого было нельзя. Такого жуткого пожара (на такой головокружительной высоте) не было в Москве уже чуть ли не десять лет, и сравним он, пожалуй, только с трагедией, разыгравшейся в гостинице "Россия" в 1977 году. И на том пожаре вдохнул дыма и горечи Владимир Михайлович – и тогда возникали те же проблемы и вставали те же вопросы, что и теперь!

Приехал домой не то что в удрученном, а в угнетенном состоянии, какого не обнаруживал давно. Запахи дыма и гари, мокрые ноги и испорченные брюки – это досадные мелочи, на которые не хватило сил и времени, чтобы где–то скрыть их от меня. Вяло объяснил, что "боевку" одевал; сказал, что никуда особенно не лез…

0 нет, это невозможно!

Его прямо подкосило.

Никуда не лез, говорит… Неужели? 

Так и я поверила… 

Ведь там гибли люди!

По материалам романа Людмилы Максимчук «Наш генерал»